Mehr zum Buch
Правда власти не принадлежит сочувствию. Она - за убийцами. Русская власть - грубая, блевотная, состощая из мужских анекдотов, мата, бифштекса из сырого мяса, забывчивости, мутной головы, долгосрочного пьянства, садизма, луковой отрыжки, безнаказанности, унижения всех подряд - вызывает во мне брезгливость, отвращение. Привлекли они меня к себе с их циничной фамильярностью - я бы на следующий день побежал всем рассказывать, какое они говно. Но если бы власть задалась целью купить меня, я бы попал в сложное положение. Мне нравится думать о том, как красноармейцы насиловали и убивали молодых дворянок. Лежу - представляю. Я - виртуальный мучитель, в реальности ненавидящий насилие, не переносящий даже товарищеского "тыканья" всякой сволочи. Писательская слава - тень власти. Но иногда так хочется выйти из тени.
Buchkauf
Хороший Сталин, Victor Erofeyev
- Sprache
- Erscheinungsdatum
- 2004
- product-detail.submit-box.info.binding
- (Hardcover)
Hier könnte deine Bewertung stehen.
- Titel
- Хороший Сталин
- Sprache
- Russisch
- Autor*innen
- Victor Erofeyev
- Verlag
- Zebra
- Erscheinungsdatum
- 2004
- Einband
- Hardcover
- Seitenzahl
- 384
- ISBN10
- 5946631322
- ISBN13
- 9785946631327
- Reihe
- Schlagwörter
- Politik, Russland, Russische Literatur, Paris, Kommunismus
- Originaltitel
- Choroši Stalin
- Bewertung
- 3,85 von 5 Sternen
- Beschreibung
- Правда власти не принадлежит сочувствию. Она - за убийцами. Русская власть - грубая, блевотная, состощая из мужских анекдотов, мата, бифштекса из сырого мяса, забывчивости, мутной головы, долгосрочного пьянства, садизма, луковой отрыжки, безнаказанности, унижения всех подряд - вызывает во мне брезгливость, отвращение. Привлекли они меня к себе с их циничной фамильярностью - я бы на следующий день побежал всем рассказывать, какое они говно. Но если бы власть задалась целью купить меня, я бы попал в сложное положение. Мне нравится думать о том, как красноармейцы насиловали и убивали молодых дворянок. Лежу - представляю. Я - виртуальный мучитель, в реальности ненавидящий насилие, не переносящий даже товарищеского "тыканья" всякой сволочи. Писательская слава - тень власти. Но иногда так хочется выйти из тени.